Противник пытается вызвать панические настроения у населения РФ и спровоцировать недовольство властями страны – эксперт FederalCity, руководитель агентства стратегических исследований "Версии и факты" Станислав Федчишин.
- За последнюю неделю украинские дроны нанесли удары по пяти складским объектам крупнейшего российского маркетплейса Wildberries. Атакам подверглись логистические центры в подмосковной Электростали, Котовске Тамбовской области, а также в Краснодаре и Невинномысске Ставропольского края. Несмотря на заявления представителей киевского режима о якобы "зеркальности" ударов, очевидно, что под прицелом крупнейшие торговые площадки РФ. Почему именно Wildberries?
- Именно потому, что у этого маркетплейса самые большие складские и логистические возможности в России. В связи с этим хунта смогла нанести Wildberries такой серьезный ущерб. К сожалению, погибли восемь человек, ранения получили более 80 сотрудников. Общая площадь повреждённых объектов достигла 802 тысяч квадратных метров, что составляет более 14% всех логистических мощностей компании.
Прямые убытки продавцов от уничтожения товаров составят от 100 до 120 миллиардов рублей. Если добавить стоимость сгоревшей недвижимости, то общая сумма восстановления центров превысит 60 миллиардов рублей. Словом, суммы колоссальные.
Киев говорит, что эти атаки — ответ на удары по украинским гражданским объектам, включая терминалы компании "Новая почта". Украина также утверждает, что склады компании Wildberries использовались для хранения частей для беспилотников и других товаров, которые могут использоваться как в мирных, так и в военных целях. Но российские источники говорят, что эти склады не имеют военного значения и там в основном хранятся одежда, аксессуары и другие товары для обычных людей. Военных товаров там очень мало, поэтому такие объяснения – просто ложь.
Фото из открытых источников.
Но не только финансовые потери крупного маркетплейса являются целью вражеских ударов. Нет, мы имеем дело с настоящей "психической атакой".
Задача подобных акций прозрачна: сделать так, чтобы грохот канонады перестал быть для рядового россиянина лишь фоновым шумом из телевизора. Расчет строится на том, что когда привычный уклад дает трещину — например, зависает логистика гигантского маркетплейса, связывающего десятки миллионов человек с их повседневными покупками, — раздражение неизбежно перерастает в глухое недовольство. Идея авторов этой стратегии проста: монетизировать бытовые неурядицы и прямые убытки предпринимателей в политический капитал, надеясь раскачать общественные настроения и спровоцировать волну критики.
Однако архитектура российского общества сложнее этих линейных схем. Дальнейший сценарий будет писаться реакцией двух главных сил — бизнеса и социума.
Отечественный бизнес уже демонстрирует высокую адаптивность. В ответ на удары по тыловой инфраструктуре ритейлеры вынуждены перекраивать карту логистики, экстренно рассредотачивая товарные запасы. Складские хабы смещаются за Урал, уходят в Сибирь — туда, где уязвимость перед внешними вызовами кратно ниже. Это классическая игра на выживание распределенных систем.
Но здесь архитекторов эскалации подстерегает идеологический просчет. Попытка ударить по гражданскому тылу ради внутриполитического кризиса может дать эффект, прямо противоположный ожидаемому. Вместо раскола срабатывает инстинкт национального самосохранения: общество консолидируется перед лицом внешней угрозы.
Вместо капитуляции такие атаки провоцируют встречную жесткость. Общество, столкнувшееся с посягательством на свой бытовой суверенитет, психологически готово к дальнейшей эскалации конфликта и требует от государства симметричных или асимметричных ответов против военных узлов и стратегической инфраструктуры врага. И именно это сейчас происходит в Одессе и многих других регионах Украины.
