Российская экономика по итогам первых шести месяцев года смогла выйти в зеленую зону, но повод для тревоги никуда не делся – эксперт FederalCity, экономист Евгений Кренский.
- Согласно данным Росстата, рост валового внутреннего продукта составил скромные 0,6% в годовом выражении. При этом статистика фиксирует заметное ускорение во втором квартале — динамика разогналась до 1,3% после просадки на 0,2% в первые три месяца. Как вы оцениваете эти цифры, есть ли повод для оптимизма?
- За фасадом этого умеренного позитива скрываются куда более тревожные цифры. Главный индикатор долгосрочного здоровья экономики — инвестиции в основной капитал — обвалился почти на 10%. За полугодие реальный объем вложений рухнул на 9,9%. Хотя темпы падения замедлились (с минус 14,3% в первом квартале до минус 6,6% во втором), масштаб сокращения остается критическим.
Складывается парадоксальная ситуация: страна пока показывает небольшой прирост текущего выпуска продукции, но при этом системно сокращает вложения в будущие производственные мощности.
Финансовые отчеты бизнеса объясняют природу этого сжатия. Сальдированная прибыль предприятий за полгода сократилась на 13,3%, а в сегменте обрабатывающей промышленности падение достигло беспрецедентных 27,1%.
Поскольку именно из прибыли реального сектора традиционно финансируется значительная часть капитальных затрат, текущий инвестиционный спад выглядит закономерным следствием ухудшения финансового самочувствия компаний.
В ответ на подобную статистику в экономических ведомствах и Банке России традиционно указывают на эффект высокой базы сравнения.
Иллюстрация выполнена нейросетью.
Аргумент звучит логично: в период с 2022 по 2024 год реальные инвестиции действительно демонстрировали активный рост, увеличившись суммарно более чем на четверть. По итогам прошлого года их накопленный объем все еще превышал показатели 2021-го на 24%.
Тем не менее, отсылки к успехам прошлых лет не отменяют текущей реальности. Сокращение инвестиционной активности почти на 10% здесь и сейчас перечеркивает значимость этих накопленных запасов прочности. Особенно остро это ощущается на фоне одновременного обвала прибыли в обработке — отрасли, которая должна выступать главным драйвером структурной трансформации.
Оптимизм главы Минэкономразвития Максима Решетникова относительно достигнутого плюса в 0,6% можно понять, но он уводит фокус от фундаментальной проблемы.
Если цикл обновления основных фондов продолжит сжиматься нынешними темпами, дискуссия о том, составит ли годовой рост ВВП полпроцента или полтора, довольно скоро потеряет всякий практический смысл.
Вопрос будет стоять уже не о скорости нынешнего подъема, а о риске его полной остановки из-за физического износа мощностей.
