Владимир Илларионов: «Мои книги – для людей либо еще гражданских, либо уже гражданских»

Владимир Илларионов: «Мои книги – для людей либо еще гражданских, либо уже гражданских»
  Владимир Илларионов во время презентации книги. Фото: К. Сомова

Владимир Илларионов – человек, хорошо известный севастопольскому телезрителю, как автор и ведущий, более четверти века проработавший на городском телевидении и стоявший у его истоков.

Однако в последние годы талант Владимира Илларионова стал раскрываться и в жанре прозы, что и подтвердила презентация серии его новых книг «Звезды в перископах». Сюжет цикла – рассказы о севастопольских подводниках, написанные ярко и образно, с присущим морским людям юмором.

Автор дилогии «Звезды в перископе» о творчестве, жанрах и элите подводного флота – в эксклюзивном интервью ИА FederalCity.

- Владимир, что послужило отправной точкой для начала съемок цикла репортажей о севастопольских подводниках?

- Встреча с Татьяной Константиновной Касьяновой, женой заслуженного ветерана-подводника. Именно она убедила меня сделать интервью с кем-то из еще живых отставников. Ее собственный муж отказался, и я записал человек десять других офицеров, а потом и его. Это было шесть лет назад. Итогом стал цикл передач, который прошли в эфире Севастопольской ГТРК.

- Насколько я знаю, «Звезды в перископах» твоя первая книга. Насколько сложно было ее написать, с учетом того, что ты – профессиональный «телевизионщик» со всей соответствующей спецификой в творчестве?

- Дело в том, что исходным материалом для книги послужили слегка «вычищенные» камерные материалы. Люди, у которых я брал интервью – далеко не профессиональные ораторы. Поэтому приходилось делать довольно сложную литературную обработку этих бесед, зачастую там такой с их стороны «мат-перемат» стоял, но они не ругаются, они на этом языке разговаривают – сила флотской привычки…Но манеру разговора каждого из будущих персонажей книги старался по мере возможности сохранять.

Кроме того, определенную сложность представляла морская специфика, название лодок и подразделений, проектов и фамилий командиров, технические названия. Все это приходилось помногу перепроверять, работать в интернете, на форумах подводников, уточнять еще раз у авторов. Бывали и противоречия в рассказах – бывало, что офицеры служили в одной бригаде, но на разных лодках, и видение ситуации у них часто бывало диаметрально противоположным.

- То есть книга получилась достаточно специфичной?

- Да, мой цикл – не учебник юного подводника, и не пособие для военного училища, и точно не годится для лекций в Академии Генштаба. Цикл рассчитан на ветеранов-подводников, на людей, знакомых со спецификой морских городов, и очень надеюсь – для молодежи, часть из которых, возможно, сделает выбор в пользу военно-морского флота на своем жизненном пути. Я бы сказал, что мои книги – для людей либо еще гражданских, либо уже гражданских.

- У тебя самого есть в книгах любимый эпизод, или любимый герой?

- Да. Это Валентин Алексеевич Данилов, командир БЧ-5 (электромеханической боевой части). Подводная лодка, на которой он служил, вместе с другими судами и кораблями сопровождения была отправлена в поход из Североморска на Камчатку. По дороге, несмотря на все прогнозы синоптиков, его лодку прижали к берегу паковые льды, внешние корпуса этих лодок подвержены разрушению, не предназначены для походов во льдах. Экипажу пришлось зайти в реку Колыма, идти вверх по течению и становится там на зимовку. Река промерзла на полтора метра и подлодки были замурованы во льду до самой весны. Когда паковый лед сошел, караван пришел на Тихоокеанский флот, пережив зимовку за Полярным кругом.

И еще за Даниловым числится одно достижение. В Тихом океане, когда лодка потеряла ход, он вручную перебрал дизель-установку, сделал капремонт, в то время как субмарину уже несло штормом на скалы.

- Хорошо. Ты, как автор, как можешь кратко охарактеризовать жанр, в котором написана книга «Звезды в перископах»?

- Есть такое юмористическое выражение: «Мемуары – воспоминания о том, как человек хотел бы прожить свою жизнь». Так что это не мемуары, нет. Здесь мои собеседники, по сути, исповедовались. Я бы охарактеризовал цикл как «исповеди подводников».  Ветераны подплава не приукрашивали события и не преувеличивали свою роль – они рассказывали о реальных событиях так, как это было на самом деле.